Фрагмент росписи с обрядом кровопускания

Этот кусок стены происходил из дворцового помещения Теотиуакана, огромного города древней Мексики. В первые века нашей эры там жили десятки тысяч людей, работали ремесленники, действовали торговые связи и строились монументальные святилища. Дождь и урожай обеспечивали существование города. Роспись показывает, как просьба о воде принимала форму сложного обряда с приношением крови.

Жрец идёт в профиль, а его головной убор раскрывается широким веером. Костюм занимает почти столько же места, сколько тело. Благодаря этому на стене сразу различим обрядовый участник. Изображение сосредоточено на его роли, которую передают убор, украшения и предметы в руках. По нему нельзя восстановить лицо конкретного человека или назвать автора росписи.

От рта тянется большой завиток. Внутри помещены раковины и растительные формы. В принятом музейном толковании это изображённая речь — молитва о воде и плодородии. Художник передаёт звучащие слова через зрительные знаки. Поэтому завиток следует читать вместе с фигурой жреца, хотя он кажется самостоятельным орнаментом.

Круглое украшение у плеча повторяет округлые формы других частей костюма. Тонкий рисунок хорошо различается на общем красном поле. Здесь почти нет привычной светотени, которая превращала бы фигуру в объёмное тело. Ясность ритуального изображения достигается контуром, повтором и последовательным размещением значимых предметов.

В вытянутой руке находится мешочек для благовоний. Другой рукой жрец совершает приношение, связанное с водой и цветами. Острые листья агавы использовали для кровопускания. По музейному разбору, с этой практикой связаны мотивы перед фигурой. Кровь в таком обряде была частью отношений людей с божественными силами, от которых зависело земледелие.

Верхний орнамент проходит непрерывной полосой. Изначально перед зрителем находилась целая расписанная комната, где подобные обрядовые фигуры повторялись. Полоса связывала их в ансамбль. Нынешняя форма отдельного музейного фрагмента скрывает прежний масштаб — изображение окружало человека и составляло часть архитектуры дворца.

Ступня и движение рук направлены в одну сторону, поэтому фигура воспринимается как участник шествия. Музей связывает сцену с обновлением времени и церемонией окончания пятидесятидвухлетнего календарного цикла. Это исследовательское прочтение изображения. Сам фрагмент не содержит привычной нам повествовательной надписи, которая полностью объясняла бы порядок действий.

Росписи украшали в Теотиуакане дворцы, храмы и жилые здания. Здесь сохранилась часть ансамбля привилегированного дома, где религиозный обряд был связан с жизнью городского сообщества. Повреждённая поверхность лишилась части деталей, но основной строй остаётся понятным. Фигура, речь, растения и приношения объединены просьбой о продолжении плодородия, от которого зависело благополучие города. Дворцовое происхождение открывает ещё один вопрос. Кто выступал посредником между городской общиной и силами, от которых ожидали дождя? Богатый костюм и обрядовая роль жреца позволяют обсуждать связь религиозного знания с высоким положением. Однако они не доказывают устройство власти во всём Теотиуакане без других археологических свидетельств.