Рыба. Натюрморт

В 1864–1865 годах Мане особенно много занимался натюрмортом. Музей связывает возрождение интереса к этому жанру с растущим средним классом, покупавшим небольшие и сравнительно доступные картины. Свои натюрморты художник продавал через парижские галереи или дарил знакомым. На официальный Салон он их не посылал, выбирая для них иной путь к зрителю.

Большая рыба лежит по диагонали, хвостом вверх. Серебристое тело написано густыми светлыми касаниями рядом с серыми и розовыми участками. Мане передаёт блеск чешуи без последовательного изображения каждой чешуйки. Поворот тела соединяет несколько предметов в общую группу.

Слева раскрытые раковины дают сравнение светлой внутренней поверхности и неровных тёмных краёв. Краска нанесена заметными полосами. Такая манера отличается от гладко законченного изображения драгоценной посуды, но позволяет быстро различать материалы. Группа напоминает голландские натюрморты семнадцатого века, как отмечает музей.

Красная рыба образует яркое пятно между раковинами и большой светлой тушкой. Её круглый глаз особенно заметен вблизи. Красные оттенки повторяются в соседней рыбе и металлическом сосуде. Благодаря этим повторениям различные продукты соединяются цветом, сохраняя отдельные очертания и фактуры.

На заднем плане стоит медный сосуд с приподнятой крышкой. Оранжевые блики выделяются из тёмно-коричневой поверхности. Его крупная простая форма удерживает сложную группу продуктов внизу. Отражающий металл показывает ещё один способ передать свет несколькими уверенными касаниями краски.

Жёлтый лимон лежит рядом с ножом у края стола. Здесь самая яркая локальная краска отделена от центра небольшой полосой скатерти. Чёрная ручка ножа подчёркивает белую ткань. Эти предметы напоминают о приготовлении еды и продолжают диагонали, заданные положением рыб.

Небольшой жанр давал Мане возможность работать со смелой, открытой манерой в системе частных продаж. Музей отмечает прямоту исполнения и её непривычность для публики. Картина позволяет сопоставить знакомый голландский тип постановки с новым обращением с краской, в котором само движение кисти остаётся важной частью впечатления от вещей.