Цветы осени и зимы

Осенние цветы собраны в середине золотой ширмы, а растения зимы помещены слева. Судзуки Киицу написал её в XIX веке, продолжая японскую традицию сезонных изображений. Вероятно, прежде рядом стояла вторая ширма с весной и летом. Вместе они могли вводить целый год в домашний интерьер, позволяя сравнивать цветение, созревание и увядание на одной большой поверхности.

Слева поднимается стебель с потемневшими, сморщенными бобами. Его изгиб занимает значительную часть пустого золота. Завершение роста получает столько же внимания, сколько раскрытый цветок. Благодаря этому сезон представлен через разные состояния растений, включая те, которые обычно не выбирают для праздничного букета.

Тонкие усики вьющихся растений переходят из центральной группы в свободное пространство. Они показывают, как точно Киицу рассчитывает расстояния между крупными массами и небольшими линиями. Художник первоначально обучался красильному ремеслу, затем занимался живописью у Сакаи Хоицу. Опыт узора и ткани входил в его работу с изображением природы.

Нарциссы стоят у нижнего левого края. Светлые лепестки и длинные зелёные листья различаются даже на сияющем фоне. Они принадлежат зимней части композиции. Для зрителя, знакомого с сезонной культурой Японии, отдельное растение могло обозначать время года без снега, календаря и поясняющей надписи.

В центре соединены гибискус, вьюнки и другие осенние цветы. Их стебли пересекаются, создавая плотную группу, похожую на собранный букет. Однако всё окружение остаётся условным. Золото не сообщает точного места посадки и освещения, поэтому растения можно воспринимать одновременно как садовые наблюдения и тщательно размещённые цветовые формы.

Нижние листья частично срезаны краем ширмы. Изображение будто продолжается рядом со зрителем. Киицу принадлежал к традиции Римпа, в которой декоративная выразительность соединялась с обращением к более ранним мастерам. Вместе с Хоицу он участвовал в подготовке собрания изображений произведений Огаты Корина, помогая передавать этот язык новым поколениям.

Небольшие растения вверху справа помещены далеко от основной группы. Они выглядят поднятыми в воздух, но такой выбор даёт нам ощущение взгляда в глубину сада. Реальный пустой участок золотой поверхности одновременно работает как расстояние. Картина позволяет переключаться между плоскостью узора и воображаемым пространством.

Сезонная ширма предлагала владельцу живую связь с природой внутри роскошного предмета. Здесь цветы отобраны, расположены и объединены по культурной памяти о времени года. Встреча с ними может начаться с простого любования и перейти к вопросу о том, как привычка выбирать красивое меняет наш взгляд на рост и увядание. Киицу оставил на золоте место для обоих состояний.