Сцена охоты

История картины и её детали

Горит лес. Звери спасаются от огня, а люди и мифологические существа пользуются их бегством для охоты. Пьеро ди Козимо написал эту панель около 1494–1500 годов во Флоренции. Художник представляет далёкое прошлое, когда люди ещё добывали пищу грубой силой и только учились действовать сообща. Метрополитен-музей связывает замысел с поэмой Лукреция «О природе вещей». Римский автор объяснял устройство мира естественными причинами; его рассказ о происхождении общества предлагал образованным читателям Возрождения другой взгляд на человеческую историю.

Пламя заметно между стволами, а над более далёким лесом поднимается дым. Люди не тушат пожар и не поддерживают огонь в очаге. Они используют вызванное им движение животных. В этой сцене природная опасность становится условием охоты. Пьеро соединяет несколько причин в одном пейзаже, от огня вдали до схваток у наших ног. Чтобы понять происходящее, приходится проследить, как меняется поведение существ по мере приближения к переднему плану.

В центре дубину поднимает сатир — у него человеческий торс и покрытые шерстью козлиные ноги. Рядом человек с коротким оружием наклоняется над зверями. Они участвуют в одной схватке. Такое соседство принадлежит воображаемой древности Пьеро. Художник населяет её существами античного мифа, поэтому сцена не может служить реконструкцией доисторической жизни. Знакомые читателям сатиры помогают представить мир, где привычные границы между человеком и животным ещё кажутся неустойчивыми.

Справа люди и козлоногие существа обхватывают друг друга, несут или удерживают чужие тела. Движение приходится разбирать по рукам и ногам, потому что фигуры тесно перекрываются. Не каждую пару удаётся сразу назвать союзниками или противниками. Художник оставляет это затруднение внутри самой композиции. Одинаковая физическая сила может поддерживать другое существо или подавлять его. В общем беспорядке эти действия оказываются опасно близки друг к другу.

У левого края одни звери карабкаются вверх, другие нападают на соседей. Белое животное навалилось на льва, рыжие тела тесно сгруппированы под скалой. Здесь нет безопасного места, откуда человек просто наблюдал бы природу. Он включён в те же столкновения. Пьеро заполняет длинную полосу картины множеством малых эпизодов. Взгляд переходит между ними, всякий раз обнаруживая ещё одну попытку спастись или завладеть добычей.

Справа внизу лежит мёртвый человек, показанный в сильном ракурсе. Голова приближена к зрителю, ноги уходят в глубину. В отличие от поднятых рук и напряжённых тел вокруг, он неподвижен. Уильям Грисуолд, директор Кливлендского музея, отмечает, что эта фигура делает смертельную опасность охоты особенно ясной. Люди тоже могут оказаться её жертвами. Добытая пища и гибель охотника принадлежат одной картине.

Панель шириной почти сто семьдесят сантиметров, вероятно, входила в убранство частной комнаты. Точное помещение и заказчик не установлены. Учёный сюжет допускал разговор об античной поэме и разных объяснениях прошлого. Сам Пьеро одновременно писал религиозные образы и алтари для флорентийских церквей. Обращение к Лукрецию существовало в той же художественной жизни, что и церковные заказы. Эта картина показывает широту интересов заказчиков, не доказывая их разрыв с верой.

Парная панель «Возвращение с охоты» продолжает историю перевозкой добычи к берегу. Вместе картины позволяют сравнить столкновение и сотрудничество. Люди учатся получать больше пищи благодаря совместным действиям, но их преимущество здесь связано с насилием над другими существами. Возникает вопрос о том, какие перемены следует считать улучшением жизни. Пьеро даёт для него конкретный материал — огонь, оружие, погибшее тело и добычу, которую ещё предстоит разделить.