Похищение Европы

Зевс принял облик быка и увёз финикийскую царевну Европу через море на Крит. Серов обратился к этому мифу после путешествия по Греции с Бакстом в 1907 году. Они видели древнюю архитектуру, скульптуру и памятники критской культуры. В работе 1910 года опыт известного портретиста соединяется с поиском другого языка — плоских цветовых полей, выразительных контуров и условного пространства.

Европа сидит на спине быка и смотрит почти прямо на зрителя. Её лицо и причёска упрощены, но сохраняют отчётливый характер. Серова интересовали архаические коры — древнегреческие статуи девушек, которые первоначально были раскрашены. Обращение к этому искусству помогало ему представить человеческую фигуру через ясный силуэт и крупные отношения формы.

Оранжевый бык резко выделяется среди холодной синевы моря. Цвет делает его центром изображения ещё до того, как зритель узнаёт миф. Серов свободно усиливает окраску ради выразительности целого. Древний сюжет позволяет выйти за пределы привычного натурного портрета и проверить, насколько убедительным может стать изображение, основанное на условном цветовом решении.

Длинные рога изгибаются вверх, продолжая направление головы. Их преувеличенная выразительность делает силуэт узнаваемым на расстоянии. Плавные дуги соседствуют с угловатой мордой и волнами, создавая несколько разных движений. Серов ищет отношения линий, которые удержат картину целиком, даже если смотреть на неё как на декоративное изображение без знания сюжета.

Дельфин слева движется вместе с быком через воду. Его светлая форма повторяет общую диагональ и помогает сделать море обитаемым мифологическим пространством. Критские фрески, которые привлекали Серова, давали примеры свободной и ритмичной передачи животных. В картине эти впечатления переработаны в современное решение, где древность помогает обновить собственную живопись художника.

Белая пена ложится вдоль тела быка длинной неровной полосой. Море поднимается почти до верхнего края, оставляя мало устойчивого горизонта. Зритель оказывается близко к движению по воде. Такая точка зрения усиливает ощущение перехода в неизвестное место, которое входит в миф о похищении и сохраняется даже при лаконичном изображении.

Декоративная красота не отменяет содержания мифа, в котором могущественный бог увозит девушку далеко от дома. Название сохраняет эту сторону события, хотя лица написаны сдержанно. Серов не превращает сцену в подробный рассказ о переживаниях Европы. Он предлагает образ движения и переноса, где привлекательность цвета сосуществует с неравенством сил, лежащим в основе истории.