Женщина перед натюрмортом Сезанна

Женщина сидит перед натюрмортом Сезанна, который принадлежал Гогену. Её имя остаётся неизвестным, зато изображённая картина определена точно — «Натюрморт с блюдом фруктов» 1879–1880 годов. Прежде чем полностью посвятить себя живописи, Гоген собирал искусство. По музейным сведениям, у него было пять или шесть работ Сезанна. Этот портрет 1890 года показывает, как произведение другого художника могло войти одновременно в домашнее окружение и собственную живопись коллекционера.

Лицо женщины повёрнуто немного вправо, взгляд не встречается со зрителем. Тёмные волосы образуют плотную форму над светлой кожей. Зелёные оттенки проходят по лицу и связывают его с холодным фоном. Модель сохраняет индивидуальные черты, но цвет не ограничен привычным телесным тоном. Сравнение щеки, белого воротника и зелени за плечом показывает, насколько сильно соседние области влияют на восприятие каждой отдельной формы.

На заднем плане натюрморт Сезанна воспроизведён почти в масштабе оригинала, как отмечает музей. Видны блюдо, фрукты и высокий стакан. Голова женщины перекрывает часть картины, поэтому две живописные системы входят в непосредственное соприкосновение. Изображение произведения внутри другого произведения позволяет увидеть источник художественного обучения Гогена. Он не просто упоминает коллекцию: крупный натюрморт занимает значительную часть портрета и участвует в его пространственном устройстве.

Справа наклонённая белая ткань кажется близкой к вертикальной поверхности. На ней лежат длинные предметы, а округлые фрукты позади выглядят особенно крупными. Музей связывает такое уплощение пространства с подражанием Сезанну. Предметы сохраняют вес и объём, но их расположение трудно согласовать с единственной устойчивой точкой зрения. Это позволяет рассматривать весь портрет как опыт с пространственными отношениями, усвоенными через внимательно изученную чужую картину.

Слева спинка кресла покрыта растительным узором. Её фиолетово-серый цвет перекликается с розоватой одеждой модели. Изгиб дерева обводит фигуру, но сама посадка остаётся несколько неустойчивой: женщина словно наклонена вперёд. Такой эффект отмечен и в музейном комментарии. Кресло обозначает реальный предмет обстановки и одновременно участвует в общей игре плоских цветовых участков, где узор имеет почти такое же значение, как объём мебели.

Светлая рука лежит на тёмной юбке у нижнего края. Контур пальцев достаточно отчётлив, а окружающая ткань написана широкими зелёными и почти чёрными участками. Рука возвращает в картину ощущение телесного масштаба после необычных пространственных отношений натюрморта. Можно сравнить её светлую поверхность с воротником: обе области соединяют фигуру и помогают удержать её цельность внутри насыщенного цветом и предметами окружающего пространства.

Сезанн, по музейному комментарию, обвинял Гогена в присвоении его манеры; возможно, речь касалась и этой работы, но точная связь не установлена. Такое свидетельство делает картину поводом размышлять о границе между изучением, цитированием и самостоятельным решением. Здесь источник виден прямо на холсте. Зритель может сравнить натюрморт и фигуру, чтобы понять, какие отношения цвета и пространства Гоген перенёс из коллекционирования в собственную художественную практику.