Курсистка

Молодая женщина с книгами идёт по мокрой городской улице. Название связывает её с женскими учебными курсами — заметным явлением общественной жизни конца XIX века. Ярошенко показал этот вариант на передвижной выставке 1883 года. Сейчас он хранится в Калуге; близкий авторский вариант находится в Киеве.

Лицо обращено почти прямо к зрителю. Тёмная шапочка и волосы обрамляют светлый лоб, глаза и щёки. Улица за головой написана без отчётливых предметов, поэтому встреча взглядов становится заметной. Уверенность или сосредоточенность, которые можно прочитать в выражении лица, остаются толкованием художественно созданного образа.

Под рукой зажаты книги, светлые срезы страниц выделяются на тёмной одежде. Эта подробность связывает фигуру с учёбой без изображения аудитории. Книги нужно нести через город, поэтому образование входит в повседневное действие. Зритель видит человека в пути, а название помогает понять общественный смысл привычного предмета.

На плечи наброшена тёмная шаль с длинной бахромой. Она охватывает фигуру и почти сливается с платьем. Одна рука удерживает ткань возле пояса. Эти детали показывают приспособление к прохладной сырой погоде и делают одежду частью движения, а не только обозначением внешнего облика.

Носок одного ботинка выдвинут вперёд из-под юбки. Небольшое расстояние между ногами позволяет различить шаг. Нижний край платья почти касается мостовой. Художнику достаточно этих сдвигов, чтобы неподвижное изображение воспринималось как встреча с проходящим человеком, которая через мгновение продолжится за рамой.

Справа в лужах отражается стена дома. Светлые горизонтальные мазки обозначают влажные камни, а дальняя улица растворяется в серой дымке. Пейзаж не предлагает зрителю отдельного занимательного события. Его повторяющиеся поверхности удерживают внимание на единственной движущейся фигуре и условиях её обычного пути.

Глеб Успенский посвятил «Курсистке» очерк, рассматривая её как образ нового поколения. Музей также подчёркивает собирательный характер фигуры. Такое прочтение не отменяет конкретных деталей: книга, шаль и шаг делают общественную перемену видимой через одного человека, встреченного на улице.