Танцевальный класс

История картины и её детали

В центре зала балерина сдаёт экзамен, а остальные ждут вместе с матерями. Дега написал эту сцену в 1874 году для оперного певца Жана-Батиста Фора. Репетиционный зал он придумал, опираясь на старую Парижскую оперу, недавно погибшую в пожаре.

Жюль Перро справа опирается на длинную палку и наблюдает за танцовщицей. Вокруг него много людей, но свободный участок пола связывает учителя именно с ней. Балетная лёгкость зависит от точности положения рук, корпуса и ног. Перро оценивает результат этой выучки, а ожидающие девушки показывают, сколько времени в профессии занимает подготовка.

Ближайшая девушка опустила голову. Её руки скрыты за спиной, ноги стоят свободно, белая юбка занимает почти весь передний план. Рядом другие балерины поправляют одежду или подносят руки к лицу. Дега сопоставляет выученные танцевальные положения с обычными движениями тела. Одинаковые костюмы особенно хорошо показывают, насколько различается поведение людей между упражнениями.

Слева раскрыты ноты, у основания пюпитра лежит скрипка. Они напоминают, что танец требует совместной работы музыкантов и исполнителей. Длинные линии половиц проходят мимо этих предметов в глубину. Справа остаётся широкий свободный участок пола, поэтому тесная группа у стены кажется дальше, чем можно ожидать в таком небольшом помещении.

Рядом с зеркалом висит афиша «Вильгельма Телля» Россини. Это отсылка к певцу Фору, заказавшему картину. Его профессия вошла в изображение через предмет на стене. В 1876 году Фор предоставил полотно для выставки импрессионистов. Частный заказ помог художнику показать новый способ изображения балета широкой публике.

Танцовщица с розовым поясом удерживает аттитюд — позу с поднятой и согнутой ногой. Её корпус развёрнут, одна рука поднята. Среди множества расслабленных фигур это движение выделяется собранностью. Дега оставил вокруг балерины достаточно места, чтобы было видно всё тело и работу равновесия. Здесь зритель может оценить упражнение вместе с учителем.

В XIX веке балет прославлял почти невесомых героинь и сказочные превращения. Дега часто выбирал репетиции, где зрелище ещё только готовилось. На этом полотне переход от отдыха к сложной позе виден сразу в нескольких фигурах. Чудо сценического движения складывается из вполне земной работы, которую публика в театре обычно не видит.